Фактчек
Как «мамочки» обеспечивают российскую армию вместо Минобороны
Что толкает россиян за свой счет затыкать дыры в оснащении армии и влияет ли их помощь хоть на что-то
Дата
04 июл. 2022
Как «мамочки» обеспечивают российскую армию вместо Минобороны

Сообщения о проблемах с обеспечением российской армии поступали с самого начала полномасштабного вторжения в Украину: нехватка военного снаряжения, советские аптечки вместо современных и просроченные сухпайки. Россияне, которые возят гуманитарную помощь солдатам на фронт, рассказали «Важным историям», на чьи средства и зачем они это делают. Военные высылают им длинные списки потребностей — от трусов до дорогостоящих квадрокоптеров, что говорит о нехватке как бытовых вещей, так и технического оснащения. Влияет ли эта помощь на реальную ситуацию в российской армии и что она говорит о поддержке россиянами войны?

Мы изменили имена героев этого текста, потому что «Важные истории» признаны нежелательной организацией.

«Сначала мы их кормили, потом одевали, теперь обеспечиваем безопасность» 

Наталья живет в приграничной Курской области. Она владелица банного комплекса — именно на работе она познакомилась с российскими военными, которых перебросили в город за две недели до начала войны. По словам Натальи, они начали «атаковать» городские бани: всем надо было помыться и постираться. Она предложила военным обращаться к ней, если им понадобится помощь, и оставила свой телефон. Первый звонок с просьбой о помощи поступил уже спустя 10 дней после начала войны. Военные попросили привезти сладости и носки. Первую машину с грузом Наталья собрала «своими силами, по-семейному», сама отвезла на границу и отдала «лично в руки». 

«После этого начались бесконечные звонки — помощь нужна была всем, — рассказывает Наталья. — Стали просить от еды до зубных щеток. Уже в марте пошли другие списки: берцы, бронежилеты — когда начались серьезные боевые действия, всё поистрепалось, было много обгоревших вещей. А дальше еще лучше: с апреля начали приходить заявки на квадрокоптеры, тепловизоры, радиостанции. Если сначала мы их кормили, потом одевали, то теперь обеспечиваем безопасность». 

Подробный список бытовых вещей, которых не хватает военнослужащим России,  опубликованный в одном из Telegram-чатов
Подробный список бытовых вещей, которых не хватает военнослужащим России, опубликованный в одном из Telegram-чатов

Когда запросы от солдат изменились, выросли и траты Натальи на российскую армию, поэтому она стала привлекать и других людей: сейчас вместе с ней собирают деньги и необходимые вещи две с половиной тысячи человек. «Начиналось все с пачки печенья за 30 рублей, потом бронежилеты за 15 тысяч рублей, шовный материал для госпиталей за 25 тысяч, а затем и квадрокоптеры за 450 тысяч. А последний раз мы отвезли глушитель, который глушит дроны, он стоит 1 миллион рублей, эти деньги мы собирали неделю. Его попросили спецназовцы, пожаловались, что противник закидал дронами», — говорит Наталья.

На вопрос, не считает ли Наталья, что солдат должно оснащать государство с миллиардным бюджетом на оборону, которое и развязало эту войну, а не обычные жители страны, которые и так платят налоги, она отвечает: «Я не дискредитирую нашу армию. Армия у нас мощная, государство у нас мощное, но тем не менее по уставу не всем положены вещи, которые на самом деле нужны каждому. Например, артиллерийским войскам по уставу не положены квадрокоптеры, пехотинцам вообще ничего не положено, и они погибают в боевых действиях. А по уставу все прекрасно, все сходится, армия всем обеспечена».

О проблемах с оснащением у контрактников Наталья знает со слов своего брата, который сейчас воюет в Украине. «Он мне такие вещи рассказывает, и это спецназ (элитные войска.Прим. ред.)! Он и еще четыре бойца из его бригады потеряли в бою свое оружие, и теперь уже неделю без него. Они подходили к своему генералу, а он сказал: „Потеряли — это ваша проблема. Никто вам ничего не выдаст“. Поэтому я не смогла остаться в стороне. У меня уже есть благодарственные письма и медали от полковников, которые говорят лично нам: „То, что делаете вы [волонтеры], и близко не делает Минобороны“». 

Волонтеры показывают переписки с военными, которые присылают им списки необходимого
Волонтеры показывают переписки с военными, которые присылают им списки необходимого

«Все на деньги мамочек»

Мария работает продавцом-кассиром в «Пятерочке» в одном из приграничных райцентров в Белгородской области. В свободное время она и еще примерно 60 женщин, в основном матери военных, собирают посылки, как говорит Мария, «на фронт». Свою мотивацию помогать российской армии она объясняет тем, что ей жалко военных — «детей», «ребят», проходящих через их поселок. 

«Мы им сапожки покупали, и ноги были у них босые, даже не было на них носочков. Мы ребят обували, одевали, кормили. Все [покупаем] на деньги мамочек. Многие из тех, кого мы провожали, сейчас пропали без вести», — рассказывает Мария. 

Мария признает, что украинские военные экипированы лучше. Как и остальные волонтеры, белгородские женщины скидываются на беспилотники: «Мы сейчас собираем на три квадрокоптера — не хватает им, потому что их сбивают. Много чего не хватает по ихней части. У той [украинской] армии, конечно, экипировка [лучше] — у наших такой нету. Но ничего, все равно справляемся. Нам это не в тягость, понимаете? Мы, наоборот, хотим помогать, чтобы ребята довольны были».

По словам Марии, военные, которым волонтеры купили квадрокоптер, уже совершили с его помощью «подвиг»: «Мы помогали им просто как ребятам, а они героями оказались, им медали дали». В доказательство «подвига», совершенного с помощью подаренного квадрокоптера, Мария показала видео, на котором взрывается лодка с военными на неизвестной реке. 

В группах публикуют отчеты о том, как еду и технику вручают солдатам
В группах публикуют отчеты о том, как еду и технику вручают солдатам

«Я как мама как будто для сына это все делаю»

Елена — многодетная мать из Орловской области, раньше работала бухгалтером, а «теперь вся в солдатах». Полгода назад она похоронила 19-летнего сына, который попал в автокатастрофу. Теперь она снабжает российскую армию, потому что «там такие же 19-летние мальчишки». «Я как мама как будто для сына это все делаю», — говорит она.

В начале войны Елена поучаствовала в акции, в которой россиянки писали письма военным со словами поддержки. Адресат ее письма — спецназовец — ответил и написал, в чем нуждаются солдаты. «Так и началось все: с трусов, футболок, носков, а потом пошли уже и продукты питания, и оптика, и рации. Потом я сама связалась с одним из полевых госпиталей, там дефицит есть всегда. Например, не хватает кровоостанавливающих губок, это дорогостоящий материал, но очень нужный [в лечении раненых]. Как-то позвонили из ремонтной роты: они ремонтируют танки. Говорят: „У нас льет дождь, мы все в грязи, сушиться негде“. Я помчалась, накупила им резиновых сапог», — рассказывает Елена. 

Сейчас в ее волонтерском объединении около 300 человек, Елена раз в две недели ездит на границу «передавать груз». Как бытовые мелочи — батарейки, скотч, спреи от клещей, — так и дорогостоящие устройства — рации, квадрокоптеры, прицелы на автоматы. В списке нужд для армии, который Елена опубликовала в своем телеграм-канале, оказались к тому же водка и самогон. 

«Я знаю, что контрактники за свои деньги много чего покупают. Даже у нас в городе, приезжали ребята на передислокацию. Они заехали в магазин „Охотник“, купили себе два тепловизора за свои деньги. Сказали: „Это не дороже жизни“», — рассказывает Елена.

«У меня вообще не стоит вопрос, обеспечивает их государство или нет. Для меня не правительство родина, не люди у руля, а эти ребята-солдаты, эти дети, — объясняет Елена. — Конечно, они [военные] иногда говорят, что чего-то не хватает из того, что Минобороны должны поставлять. Их обеспечивают, но не всегда вовремя, бюрократия везде и всегда: пока разберутся, пока подпишут».

На вопрос о том, не думала ли Елена помогать беженцам, пострадавшим от войны, вместо армии страны, которая напала на Украину, она отвечает: «Мы беженцам тоже носили помощь, но здесь им платят (им положены выплаты от государства.Прим. ред.). Мы кое-что отнесли в пункт сбора помощи, а потом я поставила себе цель — помогать только солдатам. Мне многие говорят: „Ну их [солдат] же тоже там обеспечивают, я же их туда не посылал“, но такие люди у меня отсеиваются. Им кажется, что это не про нас, что война далеко. Я считаю, когда приедет натовский танк, то стоп-кран уже не включишь, их уже ничем не остановишь».

«Тетеньки в возрасте каждый день высылают по 100 рублей»

Пытаются помочь российской армии и в тех регионах, где известно о самых больших потерях на войне. Например, движение помощи образовалось в бурятском городе Кяхте — месте дислокации 37-й мотострелковой бригады, которую Украина обвиняет в военных преступлениях. На одном из видео, опубликованном в чате движения из Кяхты, солдаты 37-й бригады, «получившие ранения в первой фазе спецоперации», просят у земляков помощи в приобретении тепловизоров и квадрокоптера. 

Григорий, атаман казачьего объединения в одном из городов Бурятии, сам бывший военный. Раньше он работал с трудными подростками, но теперь времени на это у него не хватает. Он поддерживает российскую агрессию в Украине и занимается сборами «для земляков, участвующих в спецоперации», так как «помощь нужна постоянно». 

Подписывайтесь на нашу рассылку
Узнайте первыми о самых важных историях в стране

За два месяца казачье объединение отправило на фронт шесть дорогих квадрокоптеров и шесть «недешевых» тепловизоров. Для этого Григорий собрал с земляков два с половиной миллиона рублей — деньги нашлись даже у простых местных жителей, притом что Бурятия входит в список регионов с самым низким уровнем доходов населения. «Мы все переживаем, у нас там родственники, друзья, товарищи. У меня есть тетеньки в возрасте, которые каждый день по 100 рублей высылают», — рассказывает Григорий. 

Помимо материальной помощи, Григорий взял на себя задачи и по обучению российских военных: «Мы организовали образовательные курсы, потому что отправить квадрокоптер — это одно, а работать на нем тоже надо уметь, чтобы он в первые три минуты не сломался. Ребятам, которые выезжают [с фронта на передислокацию], мы даем квадрокоптер и обучаем их базовым навыкам». Как рассказывали аналитики Conflict Intelligence Team «Важным историям», одна из проблем российской армии, которая проявилась в войне с Украиной, — это низкий уровень боевых навыков военных. 

Тем не менее Григорий не готов признавать, что с оснащением у армии все неважно. «Те, кто говорят, что солдат должно государство обеспечивать, — это люди, которые так оправдывают себя за то, что сами не помогают. Меня [за эту помощь] уже добавили в список врагов ВСУ (речь идет о базе «Миротворец».Прим. ред.). Для меня это даже как будто бы награда».

Участники одной из групп помощи отчитываются о переводах средств на нужды военнослужащих
Участники одной из групп помощи отчитываются о переводах средств на нужды военнослужащих

«Оснащение солдата по штату — как будто мы до сих пор в прошлом веке живем»

Нехватку у российской армии бытовых вещей и технических средств, которые чаще всего появляются в волонтерских списках, подтверждают и военные эксперты. Часть техники, например тепловизоры и квадрокоптеры, не положены большинству подразделений по уставу, при этом в боях они необходимы, объясняют аналитики Conflict Intelligence Team (CIT) Кирилл Михайлов и еще один, пожелавший сохранить анонимность. «Оснащение солдата по штату — как будто мы до сих пор в прошлом веке живем. Сейчас [в российской армии] действует устав 2000–2010 годов, он несколько устарел. Самый недавний опыт, который в него включен, — это опыт чеченских войн. Когда писали устав, командиры не думали о том, что распространятся квадрокоптеры, тепловизор во времена чеченских войн был чем-то невообразимо дорогим», — рассказали «Важным историям» эксперты из CIT. 

Аналитики объясняют, что тепловизоры помогают в полной темноте найти цель на значительной дистанции, будь то человек или танк, чтобы открыть по нему огонь. «В Украине тепловизоры последние 8 лет были одной из статей [расходов] волонтеров. Более малочисленная сила, но оснащенная такими приборами, может ночью более эффективно действовать против более многочисленной, но не оснащенной ими. У российской армии были другие приоритеты все это время: нужно много танков, нужны большие дивизии, грозящие всем ракеты — то, что на парадах катается. Тепловизоры сложно на парадах показать. Они никогда не были таким символом военной мощи, каким были, например, танки», — говорят аналитики. 

Не хватает и средств индивидуальной защиты: касок, бронежилетов, бронепластин для них. «Многие поехали на „учения“, оставив эти пластины в расположении [части]: они тяжелые, какой смысл от них на учениях?» — приводят пример аналитики CIT. 

По их словам, отдельная проблема со средствами связи: раций не хватает, большая часть потеряна или в неисправном состоянии, а чинить их никто не умеет, потому что в мирное время на обучении их не использовали. Если рация выходила из строя на занятии, военные пользовались гражданскими каналами связи: могли, например, создать групповой аудиочат в одном из мессенджеров в телефоне. 

Эксперты также подтверждают нехватку бытовых вещей и проблемы с формой: «У каждой формы есть сроки носки, например для контрактников это три года. Выдали один комплект и всем плевать, что берцы, на самом деле, прослужат всего один сезон. Новый комплект можно будет получить только через разбирательство, в котором военного накажут за то, что его форма была испорчена досрочно. Но на деле контрактник в испортившейся форме услышит от командира: „Иди в магазин, покупай, ты же зарплату получаешь“. Контрактник, который сделал свой выбор в пользу Министерства обороны, обычно молча пойдет в магазин. Другой вопрос, что в зоне СВО [специальной военной операции] им купить нечего и негде», — говорят аналитики CIT. 

Российским солдатам на поле боя не хватает даже еды. «Полевые кухни недоснабжают, на складах все это время пилили деньги. Сухпайки разрабатывали, чтобы они были максимально дешевыми, и вот мы видим украинцев, которые записывают видео, как они захватили российские позиции, пробуют эти сухпайки и плюются», — объясняют аналитики CIT. 

Еще одна проблема — плохое медицинское обеспечение. «Кроме банальных таблеток — парацетамола и анальгина — у них нет ничего. Носилки для эвакуации раненых есть у медиков, а обычным войскам не положены, но сейчас мы сталкиваемся с тем, что эвакуируют раненых в итоге не медики, а обычные солдаты, — рассказывают аналитики CIT. — Оснащение полевых госпиталей ужаснейшее. Оно не предполагает такого количества раненых [как сейчас], никто не мог представить, что та же капельница израсходует свой ресурс. А сейчас, как мы понимаем, идет артиллерийская война, она означает большое количество осколочных ранений». 

«„Мы за вас“, мы им говорим. Но по факту 85 % населения по-фи-гу»

Владимирская область от границы далеко, но и там есть единичные инициативы. Среди тех, кто собирает деньги и посылки на войну — Анастасия. Раньше она занималась помощью пенсионерам, детям из цыганских семей, больницам во время пандемии, а с началом войны переключилась на солдат. 

«Ребята болеют, они же не киборги. Кто им там таблеточку даст, кто в горло брызнет? Желудки болят, геморрои вылезают», — делится Анастасия. 

На вопрос, почему Минобороны не обеспечивает солдат, она отвечает, что уже привыкла к такому отношению к гражданам: «Я настолько привыкла во всем этом вариться, когда, допустим, в той же больнице ничего нет [во время пандемии]. Поэтому меня ничего не удивляет в нашем государстве». При этом Анастасия готова его поддерживать: «Пока тут обвинишь кого-то, пока концы найдешь, на это время уходит огромное. Поэтому, как нормальные граждане своей страны, а не ура-патриоты, мы должны помогать своей родине, своей армии несмотря ни на что. Я отчетливо понимаю, что идет война не просто маленькая, местечковая, а идет мировая война с Западом, и мы должны выстоять». 

Волонтеры пытаются убедить военных в том, что вся страна их поддерживает. Но на деле это не так, признается Анастасия: «„Мы за вас“, мы им говорим. Они общаются с волонтерами, и у них есть понимание того, что люди их поддерживают. Но по факту 85 % населения по-фи-гу. Но мы об этом не рассказываем».

По подсчетам «Важных историй», разные инициативы по сбору помощи для российских военных есть примерно в трети регионов. В большинстве таких групп «ВКонтакте» и чатов в Telegram состоят до 100 человек. Но есть не более десяти больших групп с 1–4 тысячами участников — в основном в приграничных областях. 

В одной из групп поддержки родственников военнослужащих обсуждают, что контрактники покупают обмундирование на свои деньги
В одной из групп поддержки родственников военнослужащих обсуждают, что контрактники покупают обмундирование на свои деньги

Об отсутствии массовой поддержки военных говорит и российский социолог, пожелавший остаться анонимным.

«Это небольшие инициативы, вряд ли массовые, — говорит социолог. — Те, кто помогает, делают это в основном из гуманитарных мотивов — помочь „нашим мальчикам“. Это не столько поддержка государственных каких-то усилий, сколько поддержка конкретных людей. Но в основном вкладываться люди не готовы». 

Большинство россиян не поддерживают войну, но пока и не выступают открыто против, отмечает социолог: «Пока что [потери из-за войны] — цена, которую люди скорее не замечают. Хотя у многих есть родственники, друзья, знакомые, кто там был или кто погиб. Но в основном это за пределами крупных городов, где люди особо и повлиять ни на что не могут. Они говорят: „Раз правительство решило [развязать войну], наверное, так и надо было делать. А мы люди маленькие, что мы можем? А то что солдаты погибают... Ну, кто-то же должен родину защищать!“ Вот так люди говорят на фокус-группах». 

«Эта помощь ни на что не влияет»  

По словам аналитиков CIT, которые общались с источниками в российской армии, помощь волонтеров — спасение для военных на поле боя лишь в точечных случаях: «Брошенные, никому не нужные люди имеют возможность поесть, но в большинстве своем это пшик, потому что количество поставляемого никак не соответствует [реальным] потребностям. Люди готовы передавать сапоги, одежду, трусы и носки. Эта помощь способна точечно решить какие-то проблемы: на низком бытовом уровне у людей есть надежда не сдохнуть с голоду и переодеть свежее белье. Но тактически, а тем более стратегически, эта помощь ни на что не влияет».

Аналитики CIT добавляют, что от источников в Вооруженных силах РФ им известны случаи, когда собранные россиянами тепловизоры и квадрокоптеры расхищались военными, ответственными за доставку, и до пункта назначения не доходили. «Кто имел возможность их прихватить, ей пользовались, чтобы отдать квадрокоптеры своим детям или поставить тепловизоры на свое охотничье ружье, — говорят аналитики. — Если коррупция существует во всех бюджетных государственных структурах, было бы удивительно, если бы в армии не воровали».

Редактор: Алеся Мароховская

Поделиться
Теги
#армия
#война
#регионы
«Важные истории» — медиа свободных и смелых
© 2022 Istories.Все права защищены. 18+