Золото взбесилось. Почему оно ведет себя как крипта?
Рассказываем, какую роль в этом сыграли Дональд Трамп и Владимир Путин
С золотом происходит что-то невероятное. С начала прошлого года оно подорожало более чем вдвое — поднималось выше 5600 долларов за тройскую унцию в конце этого января, а потом за несколько дней упало на 20% — опускалось ниже 4500 (в одной унции примерно 31 грамм; график цены можно посмотреть здесь). Когда так скачет биткоин, например, это привычно, но от золота такого не ждешь. Золото в центре внимания, его ажиотажно скупают центральные банки и обычные люди. Зачем они это делают?
Вечная ценность
С древних времен золото было главным средством накопления богатства — в виде монет, слитков и украшений. Теперь другие времена. Богатство давно измеряется не в золоте, а в деньгах. Источник основных состояний — это доли в бизнесе, достаточно посмотреть список Forbes. Но и в современном мире, где деньги — это обязательства центробанков, золото не утратило полностью свою роль. Это символ ценности, проверенный тысячами лет истории, и одновременно реальный товар.
В деньгах главное — доверие. Мы соглашаемся иметь дело с бумажками или цифрами (записи на счетах), потому что мы так договорились, мы — кто больше, кто меньше — доверяем деньгам. Мы соглашаемся получать в них оплату за свой труд, п отому что знаем, что можем купить на них товары и услуги, заплатить ими налоги, это зафиксировано в законах (в России — в Конституции). Но иногда деньги портятся — когда их выпускают слишком много и раскручивается инфляция. А золото не портится.
- По данным Всемирного золотого совета (WGC), за всю историю в мире было добыто примерно 220 тыс. тонн золота. Это не так много, как кажется: куб со стороной примерно 22 метра. В жизни 47% этого золота существует в виде ювелирных изделий, 41% — в виде слитков и монет, которые хранятся в резервах мировых центробанков и служат обеспечением «золотых» биржевых фондов. Такие фонды — удобный и доступный способ инвестировать в золото: слиток стоит дорого, его надо где-то хранить, беспокоиться о его сохранности — вместо этого можно купить на бирже пай фонда, который владеет золотом.
- По текущей цене (она сильно меняется, мы возьмем 4900 долларов за унцию) такой куб стоит чуть больше 34 трлн долларов. Это немного меньше, чем госдолг Америки (38 трлн) и лишь в 12 раз больше капитализации криптовалют (стоимость всех цифровых монет в обращении составляет 2,8–2,9 трлн). Общая стоимость компаний из главного американского фондового индекса S&P500 — $63 трлн. Это почти вдвое больше всего извлеченного из недр золота.
- Золото стало символом ценности и богатства, потому что сочетает в себе несколько редких свойств. Оно не портится: не окисляется, не распадается — слиток и через тысячу лет будет таким же, как сейчас. Кроме того, золото очень пластично (1 грамм можно раскатать в тончайший лист площадью около квадратного метра), что очень удобно при обработке — чеканке или изготовлении украшений. Кроме того, оно достаточно редкое, чтобы цениться, но не слишком, чтобы быть доступным совсем немногим. И, конечно, велика сила инерции: культ золота стимулировал копить именно в нем, усиливая культ, — такой замкнутый круг.
Послевоенная Бреттон-Вудская валютная система была основана на золотом стандарте: курсы валют были привязаны к доллару, а тот — к золоту. Но даже когда она рухнула, ценность золота в глазах всех сохранилась. А рухнула она потому, что США больше не могли соблюдать золотой стандарт: долларовые резервы иностранных центробанков, которые те имели право обменять на золото по фиксированной цене, превысили американские запасы золота вчетверо. Стоило некоторым странам потребовать обмена, как всё было кончено. В 1971 году Франция отправила в Нью-Йорк военный корабль со 191 млн долларов, который должен был вернуть на родину причитающееся стране золото, а Великобритания потребовала обменять на золото все долларовые активы — 3 млрд, что составляло треть американского золотого запаса.
Сейчас, при Трампе, в периоды обострения отношений США и Европы в Германии несколько раз поднимали вопрос о возврате части золотого запаса, которая хранится в Америке. Последний раз — после угроз забрать Гренландию.
Скучный актив
В зависимости от состояния экономики золото ведет себя по-разному. Периоды роста, как в прошлом году, чередуются со «скучными», по выражению Йона Триси, издателя инвестиционного бюллетеня Fuller Treacy Money. Цены могут годами слабо меняться, как в 2013–2018 годах, когда они пять лет колебалась в диапазоне 1050–1350 долларов за унцию.
Для большинства инвесторов золото — способ прежде всего сберечь деньги. Не сделать удачную ставку в расчете на рост, а сохранить покупательную способность накоплений. Либо придать большую устойчивость своему инвестиционному портфелю: в кризисы золото часто играет роль убежища.
Когда в экономике и на рынках всё хорошо, золото может годами почти не расти или даже дешеветь — есть масса других способов вложить деньги и заработать. Но в трудные времена многие вспоминают про золото. Примечательно, что его цена проходила круглые отметки в периоды кризисов: во время мирового финансового кризиса 2008 года она превысила 1000 долларов за унцию, в 2020 году, в пандемию — 2000, весной 2025 года, когда Трамп начал торговую войну (мы рассказывали о ней), преодолела 3000.
Экономисты Deutsche Bank в прошлом году оценили реальную (с поправкой на рост цен) доходность различных активов в 56 странах за 200 лет. За это время бывало разное: золото и уходило в минус, и бурно росло, а среднегодовой результат составил 0,4%. Это немного, но свою главную функцию золото выполнило. Оно сохранило стоимость (с учетом инфляции) в течение очень длительного времени.
Страх и жадность
Поэтому одни из главных покупателей золота — центробанки: они хранят в нем часть резервов. В общей сложности они приобрели примерно 18% произведенного за всё время золота. И продолжают покупать: в 2024 году — 1092 тонны, в 2025-м — 863 тонны.
Их спрос заметно вырос в 2022 году: арест российских резервов произвел впечатление. Профессор Гарварда Олег Ицхоки называл этот арест беспрецедентной реакцией на беспрец едентное событие — начало войны в Европе. Такая связь всем понятна, тем не менее возможность блокировки резервов в долларах и евро в условиях нарастающих конфликтов заставила многие страны стать осторожнее и увеличить долю золота в резервах.
Масла в огонь подлили действия Дональда Трампа. Мы рассказывали о том, как он подрывает доверие к доллару, это стало еще одним аргументом в пользу золота. Прошлогоднее сокращение покупок центробанками на 20% произошло в тоннах, но в деньгах они с учетом подорожания выросли.
Похожими мотивами руководствовались участники финансовых рынков. Доллар перестал считаться абсолютно надежным и подешевел к большинству других валют. Это подтолкнуло к покупкам золота многих инвесторов — крупных и мелких.
Одни искали в нем убежище. Инвесторы видят: в мире происходит что-то необычное, и ищут актив понадежнее. Кто-то покупал паи золотых фондов или открывал металлические счета, привязанные к золоту, и, конечно, подскочил спрос на золотые слитки и монеты. В Китае и Индии люди переключаются на них с ювелирных изделий, что отражает именно инвестиционный мотив сделок. Наши представления о мировом порядке сломались, цитирует AP профессора политологии Сиракузского университета Дэниела Макдауэлла, а в периоды нестабильности покупка золота исторически была своего рода психологической защитой для тех, кто ищет безопасное место для денег. Вероятно, поэтому большинство мелких инвесторов предпочитают хранить свое золото у себя, хоть это и не безопасно.
Другие пытались сыграть на этом страхе. Раз спрос на золото растет, то оно подорожает. Не обязательно покупать физическое золото — есть достаточно привязанных к нему инструментов. Например, фьючерсы на бирже CME — контракты на покупку через месяц, три или еще сколько-то. Это инструмент для спекулянтов, но это и реальные цены: они взаимосвязаны с котировками физического золота, а небольшая доля таких контрактов все-таки доходит до поставки — как правило, не больше 2%, сообщала CME.
Капризная цена
Этот ажиотаж и привел к двукратному росту цены на золото за год с небольшим. В основе большинства торгуемых инструментов — фондов, металлических счетов и др. — лежит физическое золото. А его, в отличие от денег, не напечатаешь. Увеличение добычи требует времени и инвестиций, и рост будет измеряться не десятками процентов, а единицами. Общий мировой спрос на золото в 2025 году впервые превысил 5000 тонн. В деньгах это $555 млрд, что, конечно, тоже рекорд.
Почему же тогда цены в феврале обвалились? Старая поговорка на Уолл-стрит гласит: «Деревья не растут до небес». Периодические падения цен, даже в фазу роста, — это нормально, на биржевом языке это называется коррекцией. Кто-то решил, что цена уже достаточно выросла, и решил продать золото, чтобы зафиксировать прибыль. Кто-то забеспокоился, что цены уже настолько высоки, что спрос может снизиться, как это произошло с ювелирными изделиями. Или случилось что-то такое, что может изменить общий настрой — как минимум на какое-то время.
Именно такое событие произошло 30 января: Трамп объявил, кого он выбрал следующим руководителем Федеральной резервной системы (ФРС), американского центробанка. Одним из главных действий Трампа, подорвавших доверие к доллару, стала атака на ФРС. Ее независимость — основа ответственной политики и надежной валюты. Президент же требовал снижения процентных ставок и обзывал последними словами руководителя ФРС Джерома Пауэлла за отказ это делать. Полномочия Пауэлла истекают в мае, и рынки боялись, что его преемник будет абсолютно лоялен Трампу и будет послушно исполнять его прихоти. Это подстегивало спрос на золото.
Однако Кевин Уорш, которого выбрал Трамп, совсем не такой. Он много лет работал на Уолл-стрит, был в совете управляющих ФРС, откуда в 2011 году ушел из-за несогласия с важным решением. Он был среди кандидатов в руководители ФРС и в 2017 году, но тогда Трамп предпочел ему Пауэлла. Уорша еще должен утвердить Конгресс, посмотрим, как он себя проявит в деле, но пока все немного успокоились. Опасений за судьбу доллара стало меньше, а с ними и желания спасаться в золоте любой ценой.
Путем биткоина
Золото и другие драгоценные металлы неожиданно стали похожи на криптовалюты, сравнивает Сергей Романчук, глава ассоциации российских финансистов ACI Russia. Для раскрутки биткоина с самого начала был заложен нарратив «цифрового золота», это дол жно было сформировать образ биткоина как резервного актива, в который уходят инвесторы для защиты от рисков на финансовом рынке, вспоминает он.
Вышло наоборот: скачки котировок биткоина таковы, что он ассоциируется не с уходом от риска, а с самим риском. Но внезапно выяснилось, что и золото способно на такие скачки.
По мнению Романчука, «драгметаллы стали главным заменителем криптовалют как инструмента спекулятивной игры». Сейчас их природа как финансовых инструментов становится аналогичной криптовалютам: «Из класса товаров драгоценные металлы стремительно перемещаются в область “коллекционных активов” (collectibles). Как и криптовалюты, это не классические активы — они не приносят дохода в смысле текущего денежного потока (по ним нет процентов и дивидендов)».
Еще одно общее свойство золота и биткоина — эмиссия затруднительна. Участники рынка просто передают из рук в руки право собственности на бруски металла, хранящиеся в нескольких хранилищах, главные из которых в Лондоне и Цюрихе, пишет Романчук.
Баланс спроса и предложения, обусловленный товарной сущностью золота — его добычей и потреблением в промышленности, — отошел на второй план, главное сейчас — инвестиционный спрос, который начал распространяться от центральных банков к институциональным игрокам и дальше к розничным инвесторам. По мнению Романчука, надулся пузырь, который обязательно схлопнется. Возможно, падение в конце января — только начало процесса.
Но золоту это не помешает: его задача — не расти вдвое за год, а сохранять стоимость за 200 лет.