Во имя справедливости. Как ощипывают средний класс

«Сейчас весь мир нам завидует», — говорил Владимир Путин о плоской шкале НДФЛ в 13%. Ее введение стало одной из первых путинских реформ и несомненным достижением России. Простая, понятная и невысокая — недаром Владимир Путин любил ей похвастаться и использовал это в ответ на упреки в разных других поборах. 

Но незаметно, за какие-то шесть лет, россияне оказались с очень даже прогрессивной шкалой налога, которая коснулась уже миллионов людей. Как и в случае других чувствительных реформ, двигались маленькими шажками. Лягушку варили постепенно, но теперь навар стал вполне ощутим: бюджет собирает с россиян сотни миллиардов рублей НДФЛ, которого они несколько лет назад вообще не платили.

Зачем ввели плоскую шкалу

Налоговая система 1990-х вспоминается как страшный сон. Правила постоянно менялись, ставки были высокими, но по ним почти никто не платил, уклонение от налогов было национальным видом спорта. В 1997–2000 годах правила уплаты подоходного налога ни разу не повторились. В 1999 году, например, подоходный налог (так он тогда назывался) доходил до 35%, его платили те, кто зарабатывал больше 150 тыс. рублей в месяц, тогда это было 463 доллара, а ставка действовала на все, что сверху, работодатель платил еще 28% пенсионных взносов. Перед реформой, в 2000 году максимальная ставка подоходного налога была 30%.

Поэтому зарплаты часто платили в конвертах. Это сейчас мы получаем зарплаты на карточки, а тогда их, как правило, выдавали наличными в кассах. Обычно зарплата состояла из двух частей: белая, официальная, с которой платились налоги и взносы, и черная, с которой ничего не платили. Выходило, что ставки высокие, а налогов и взносов мало, выплату пенсий задерживали месяцами. Погашение этих долгов было одним из предвыборных обещаний Бориса Ельцина в 1996 году.

Нобелевский лауреат по экономике этого года Роберт Холл и Элвин Рабушка в 1980-е разработали для США проект плоского налога. В Америке не сложилось, но идеей воспользовались многие страны Восточной Европы, в их числе Россия. Смысл в том, что так проще: при прогрессивной шкале людям легко запутаться в ставках, льготах и вычетах, а налоговикам надо все это проверять. Это и выгоднее, поскольку не лишает стимула больше работать, зарабатывать и инвестировать — так поддерживается экономический рост. Одна для всех низкая ставка лишает смысла уклонение от налогов и упрощает контроль. Наконец, в этом есть определенная справедливость: при прогрессивной шкале с высокими ставками те, кто по-настоящему много зарабатывает, наймут юристов и найдут в законах лазейку, которая позволит им платить меньше. Плоская шкала лишает богатых этого преимущества.

В России это сработало. С 2001 года подоходный налог стал НДФЛ (налог на доходы физических лиц), а его ставка — 13%, и зарплаты начали выходить из тени, а поступления в бюджет быстро расти. Конечно, дело не только в плоской шкале — первая половина нулевых была лучшим для экономики временем, когда экономика росла в среднем на 7% в год. Сказались и другие реформы, помог рост цен на нефть, но эксперты практически единодушны: переход на единую ставку налога окупился с лихвой.

Как Путин защищал плоскую шкалу

Все эти годы постоянно звучали предложения вернуть прогрессивную шкалу, особенно призывы усиливались перед выборами. Это очень выгодная для политика тема: те, кто зарабатывает миллионы, отдают государству такую же долю доходов, как те, кто едва сводят концы с концами — разве это справедливо?

Справедливость в другом, настаивал Путин. «Нам нельзя пока отказываться от так называемой плоской ставки. Прогрессивка, как бы она внешне ни смотрелась социально справедливой, но она этой справедливости не обеспечит. Наоборот, это будет бременем для миллионов людей со средними доходами <...> Будет уход от налогов и недополучение в бюджет, в казну… денег от этого налога. А значит, у нас возникнут дефициты по поводу финансирования армии, пенсий, бюджетной сферы. Вот вам и социальная справедливость», — говорил он в послании Федеральному собранию в 2012 году.

Очень рациональная позиция: дело не в ставке, а в сборах: что приносит больше денег, то и справедливо. Эти доводы Путин повторял на прямой линии после переизбрания в 2018 году: «Многие предлагают НДФЛ изменить... Мы долго думали на этот счет. На первый взгляд дифференцированная шкала… выглядит более социально справедливой. Практика сложнее <…> Фискальный результат почти нулевой, а шума много, и ухудшение инвестиционного климата очевидно, поэтому признано это нецелесообразным».

Эта рациональность привела к появлению в 2019 году самозанятых: репетиторам, ремонтникам, перевозчикам и многим другим предложили за 4–6% работать легально (мы рассказывали про них). Несколько миллионов человек вышли из тени и платят более 100 млрд рублей налога в год.

Стоит тронуть плоскую шкалу — потом не остановиться, предупреждал Путин на большой пресс-конференции в 2016 году: «Как только мы начнем это делать, после первого шага будет второй, третий, пятый, мы там запутаемся в этой дифференциации». Так и вышло.

Как шкала перестала быть плоской

Начали в 2020 году. Пандемия стала неожиданным и сильным ударом по экономике, было непонятно, как долго продлится спад, денег не хватало — в тот год был зафиксирован рекордный дефицит бюджета, 3,8% ВВП, который не побит даже за годы войны. И Путин в обращении к народу предложил повысить НДФЛ.

Это было неожиданное и странное решение. Повышение было совсем небольшим — до 15% на ту часть годового дохода, которая превышает 5 млн рублей в год. Это чуть меньше 420 тыс. в месяц, тогда столько зарабатывали менее 0,5% работников, следует из данных Росстата.

Соответственно, собрать планировали не очень много: порядка 60 млрд рублей, говорил Путин. Это 1,5% дефицита бюджета-2020, который составил 4,1 трлн руб., или 0,24% расходов бюджета в 2021 году, когда начала действовать повышенная ставка. Стоило ли ради этого трогать плоскую шкалу?

Эти деньги должны были пойти на лечение детей с тяжелыми, редкими заболеваниями, закупку дорогих лекарств и техники — в дополнение к тому, что выделялось из бюджета раньше. Путин даже предложил «окрасить» деньги от повышенного НДФЛ, чтобы их нельзя было потратить иначе (в итоге в фонд «Круг добра» поступала лишь часть денег, и из них миллиарды оставались на счетах).

Наконец, НДФЛ идет в региональные бюджеты, это один из двух главных источников их доходов, наряду с налогом на прибыль. Но власти нашли выход: регионы продолжали получать НДФЛ по ставке 13%, а всё, что сверху, поступало уже в федеральный бюджет.

А как же справедливость? А вот как. Основная часть расчетов стала безналичной, ФНС получила огромный объем информации и научилась гораздо лучше собирать налоги. Уходить от них стало сложно и дорого — вряд ли дополнительные 2% для очень немногих стоят того, чтобы подставляться под штрафы, а то и уголовные дела. «С учетом нового качества администрирования… появилась возможность распределять налоговую нагрузку более дифференцированно», — объяснил Путин.

Цифровизация сделала возможным повышение НДФЛ без потерь в сборах, а пандемия, помощь больным детям и популярная идея «богатые должны платить больше» создали для этого идеальный предлог. Табу было снято.

Налоговый вклад

Еще одна новация ковидных времен — распространение НДФЛ на проценты по вкладам. С ним поначалу не задалось, но сейчас он обеспечивает почти половину дополнительного НДФЛ.

«Во многих странах процентные доходы физических лиц от вкладов в банках… облагаются подоходным налогом. У нас такой доход налогом не облагается», — отметил Путин в телеобращении в марте 2020 года и предложил ввести 13% НДФЛ с процентов по вкладам размером больше миллиона рублей.

У ФНС все ходы записаны, каждый может найти в личном кабинете налогоплательщика данные обо всех своих счетах и депозитах, которые у него есть или когда-то были. Так что к сбору все было готово, людям даже не надо ничего считать — ФНС сама выставит счета. Но вышла заминка.

Налоговый кодекс разрешает повышать налоги или вводить новые только со следующего года. НДФЛ на проценты по вкладам ввели с 2021-го, платить его надо было в 2022-м, но война вызвала панику, люди забирали деньги из банков, и власти решили повременить. Первый раз вкладчики заплатили НДФЛ в 2024 году по итогам 2023-го.

Зато сейчас, когда ставки высоки, а средства россиян в банках, на которые начисляются проценты, достигли 60 трлн рублей, НДФЛ с них измеряется сотнями миллиардов. Которые, как и платежи по повышенной ставке, поступают в федеральный бюджет.

Скачок поступлений в следующем году связан с изменением правил уплаты налога, фактически это налог почти за два года. Вкладчики заплатят НДФЛ за этот год, который насчитает ФНС, плюс банки сами станут сразу удерживать налог с выплаченных в 2027 году процентов. А налоговая потом сопоставит наши доходы в разных банках и, если надо, выставит счет на доплату.

Как прогрессивной шкале добавили ступеней

Как и говорил Путин, начав, сложно остановиться. В 2024 году стало ясно, что у государства уже не хватает денег сразу и на войну, и на социалку, и на ренту элитам, отмечал приглашенный исследователь в Свободном университете в Берлине Андрей Яковлев. 

Пришлось повышать налоги — разумеется, во имя справедливости. «Предлагаю продумать подходы к модернизации нашей фискальной системы, к более справедливому распределению налогового бремени в сторону тех, у кого более высокие личные и корпоративные доходы» — сказал Путин в послании Федеральному собранию. В этот раз обоснованием стала борьба с бедностью. В любом случае предложения Путина давно не обсуждаются, и с 2025 года были повышены налог на прибыль и НДФЛ. 

Базовая ставка в 13% не изменилась, но с 2025 года в прогрессивной шкале появились три новые ступени. Первая стала начинаться с годового дохода не в 5, а в 2,4 млн рублей, а люди с доходами от 5 млн рублей платят не 15%, а 18%. Еще две ступени — 20% и 22% для людей с доходом свыше 20 и 50 млн. Поступления выросли более чем вдвое.

При нынешнем уровне подготовки налоговиков власти не слишком опасаются ухода в тень. «Мне кажется, что общество воспримет это абсолютно нормально, — рассуждал Путин в 2024-м. – Не спугнем? Нет, не думаю. У нас в принципе эта система устоялась. Даже те, которые были ярыми сторонниками этой плоской шкалы… сейчас считают, что в целом мы созрели для того, чтобы действовать гораздо более избирательно». 

Так и вышло. Часть бизнеса, в основном малого, увела в тень часть операций из-за резкого изменения НДС (повышение ставки с 20% до 22% и снижение размера выручки, когда его надо платить). Бизнес стремится уйти от налогов не только из жадности, но и от безысходности, когда налоги совсем душат. С НДФЛ же перемены не столь резкие. В этом году, по данным опроса ВЦИОМ, 84% россиян получали всю зарплату официально. Это на уровне последних лет: в 2021 году было 86%, в 2023-м — 83%. А вот 20 лет назад, в 2006-м, их было 71%. Правда, немного выросла толерантность к серым зарплатам — но это, по мнению социологов, связано с «экономической нестабильностью». Проще говоря, от безысходности.

Как укрепляют ступени

Теперь сделан следующий шаг. С 2027 года разные виды доходов будут учитываться вместе, а не по отдельности, как сейчас (объединение налоговых баз). В общий котел попадут доходы от инвестиций, продажи имущества и некоторые другие. Исключение сделано только для дивидендов по акциям (когда компания распределяет часть прибыли среди владельцев) и процентов по вкладам — эти доходы продолжат учитываться отдельно, но будут облагаться по общей шкале (сейчас по ним ставки только 13% и 15%).

В результате у большего числа людей доходы окажутся на ступень выше, чем сейчас. Например, получает человек зарплату 200 тыс., или 2,4 млн рублей в год, а еще у него есть небольшой портфель ценных бумаг, который за год принес ему доход, скажем, 300 тыс. рублей. По нынешним правилам он платит со всего 13%, а в следующем году с 300 тыс. заплатит 15%. Аналогично, если человек продал за 18 млн рублей квартиру до истечения пятилетнего срока владения, который дает право на налоговый вычет, а его зарплата 300 тыс. в месяц, то его годовой доход составит 21,6 млн и с 1,6 млн руб. он заплатит НДФЛ по ставке 20%.

Но главное, конечно, повышение ступеней прогрессивной шкалы по вкладам и дивидендам до 22%. По данным Агентства по страхованию вкладов, в первом полугодии 30,3% сбережений, которые россияне хранят в банках, приходилось всего на 0,2% вкладчиков с остатками более 10 млн руб. Более подробной разбивки агентство не дает, но в прошлом году у российских банков было около 30 тыс. клиентов с капиталом от 100 млн руб. (они размещали деньги не только на депозитах, но и вкладывали в ценные бумаги).

Минфин в проекте бюджета оценивает дополнительные поступления НДФЛ за счет всех этих новаций в 1,4 трлн рублей за три года, в том числе 810 млрд в следующем году (скажется описанный выше эффект более ранней уплаты налога с процентов по вкладам). 

Кто попал на прогрессивную шкалу

Это коснется не только мультимиллионеров. Минфин, объявляя о реформе, заявил, что она коснется не более 6% россиян, которые платят налоги, это около 4 млн человек. К ним надо добавить тех, кто уже платит НДФЛ по повышенным ставкам.

Хитрость с ними в том, что номинальные доходы россиян естественным образом растут — хотя бы в силу инфляции, а ступени прогрессивной шкалы НДФЛ зафиксированы в Налоговом кодексе. Поэтому с каждым годом на прогрессию будет выходить новые люди. Глава ФНС Даниил Егоров привел такие данные: с 2022 года число тех, кто получает больше 200 тыс. рублей в месяц, выросло более чем вдвое: с 1,74 до 3,9 млн человек. Еще почти 12 млн россиян стали получать 100–200 тыс. в месяц — они следующие в очереди на переход к прогрессивной шкале. 

Росстат раз в два года проводит обследование зарплат. Диапазоны в нем близки к порогам прогрессивной шкалы. В 2021 году из 27,5 млн человек, попавших в поле зрения Росстата, от 200 до 400 тыс. рублей в месяц получали 502 тыс., или 1,8% работников, а свыше 400 тыс. (4,8 миллиона в год, близко к пороговым 5 млн) — всего 118 тыс. человек, это менее 0,5%. За четыре года их стало втрое больше. В 2025 году из 28,4 млн попавших в обследование 200–400 тыс. рублей в месяц зарабатывали уже 1,8 млн человек (6,3%), а от 400 тыс. до 2 млн — 418,3 тыс., или 1,5%. И дальше будет больше.

Меры, предложенные сейчас, — болезненные, особенно для относительно состоятельных граждан, среднего класса, говорит главный экономист «Эксперт РА» Антон Табах. Самые богатые наймут юристов и придумают, как минимизировать ущерб, а пострадают люди с доходами выше среднего, которые вкладывали деньги на фондовом рынке, как призывают власти.

Продолжение следует?

Так всего за шесть лет мы незаметно перешли от плоской шкалы НДФЛ к прогрессивной, со ставкой до 22%. И вряд ли этим дело ограничится: действительно, начав, сложно остановиться. Тем более что деньги на кону немалые. Все описанные повышения НДФЛ поступают в федеральный бюджет и в прошлом году принесли 763 млрд рублей, это 2% всех его доходов. 

Теперь каждый чих россиянина будут облагать налогом, говорит экономист Игорь Липсиц. Скажем, власти сделали исключение для процентов по вкладам и дивидендов по акциям — они не объединяются с остальными доходами для расчета НДФЛ. Но и это недолго исправить. «Деловая Россия» уже предложила ввести для тех, кто получает большую часть доходов в виде процентов или дивидендов социальные взносы. У нее вообще немало идей, как собрать побольше в бюджет с россиян, у которых есть деньги. Например, увеличить налог на наследство.

Правительству нужны деньги на войну, и тут все средства хороши.