Как честные медиа помогают распространять вранье

В мае 2026 года, примерно за три недели до парламентских выборов в Армении, польский русскоязычный телеканал «Вот так» опубликовал на своем сайте материал о дезинформационной кампании против премьер-министра страны Никола Пашиняна. В статье со ссылкой на подсчеты проекта «Блокировщик ботов» говорилось, что «сеть прокремлевских ботов “Матрешка” опубликовала 343 фейковых видео об Армении», причем их распространение началось по меньшей мере за восемь месяцев до дня голосования. Материал «Вот так» пересказали, помимо прочих, «Медуза» и крупнейшее белорусское независимое издание «Зеркало», сослались на него — The Insider и Euronews, упомянули громкое число 343 — армянские и украинские СМИ.

Как раз в то время я готовил для «Проверено» большой текст о дезинформации вокруг Пашиняна в преддверии армянских выборов (его мы в итоге выпустили в начале июня) и задался логичным вопросом: где все эти фейки? Почему я их не видел, вернее, не видел в таких количествах?

А ведь я активно следил за сайтами армянских и в целом зарубежных коллег-фактчекеров: вдруг там появится материал про какой-то фейк, который мы пропустили в рамках нашего регулярного мониторинга прокремлевских блогов и медиа. Такие материалы там действительно выходили — конечно, не сотнями, но три-четыре десятка разборов за последние несколько месяцев нашлось. Составив (и затем регулярно обновляя) список, я методично искал по каждому фейку посты в телеграме, в других соцсетях и на сайтах наших «постоянных клиентов», от «Московского комсомольца» до Mash. Выяснилось, что подавляющее большинство фейков, которые разобрали наши коллеги, либо не появлялись на русском языке в принципе, либо набирали сотни, максимум тысячи просмотров.

С одной стороны, к тому моменту я был отчасти готов к такому исходу. В прошлом году моя коллега писала лонгрид о том, как русскоязычные соцсети заполонили фейки про президента Молдовы Майю Санду, шедшую на второй срок, и о том, как эти фейки тематически и методологически были похожи на более ранние аналогичные вбросы про украинского президента Владимира Зеленского. Уже тогда, в конце лета и начале осени 2025-го, мы заметили первые фейки о Пашиняне, скроенные по тем же лекалам — он якобы купил особняк в Канаде за 17 млн долларов, а его жена Анна Акопян якобы вывела из благотворительного фонда еще 3,4 млн долларов, предназначавшиеся для помощи больным детям. Стало понятно: начинаем прицельно отслеживать будущие вбросы про армянского премьер-министра — в 2026 году выборы, их наверняка будет немало. Но за очень редкими исключениями сопоставимых по вирусности постов за прошедшие месяцы так и не появилось.

С другой стороны, я задумался: может быть, я что-то упускаю? Может быть, все те каналы, которые ежедневно мониторит «Проверено», почему-то просто не публиковали именно фейки про Пашиняна? Я вновь открыл разборы зарубежных коллег и стал читать их внимательнее. Например, армянский проект CivilNet разбирал поддельную обложку журнала Vogue, который якобы признал наряды Акопян самыми дорогими среди всех первых леди Европы. Коллеги пишут: этот фейк распространили через пять телеграм-каналов. В реальности в одном из них сфальсифицированной обложки не было. Всего же, по данным сервиса TGStat, она появилась в шести каналах (четырех упомянутых CivilNet и двух не упомянутых), где суммарно набрала… около 5500 просмотров.

Это, мягко говоря, немного. Было логично предположить, что коллеги обратили внимание на этот и другие фейки, потому что они сначала появились в русскоязычных блогах, а затем перекочевали в армяноязычный сегмент соцсетей и уже там стали действительно вирусными. Но нет, CivilNet в том же тексте подчеркивает: «В армянских телеграм-каналах они обычно не появлялись и оказывали ограниченное влияние на армянское медиапространство».

Тогда, возможно, их активно обсуждали англоязычные пользователи X и других соцсетей? CivilNet выпускал материал и на эту тему, в котором разобрал 10 фейковых роликов, замаскированных под сюжеты зарубежных СМИ об Армении. В большинстве случаев каждый из разобранных твитов набрал около 100 тысяч просмотров, что выглядит внушительно. Однако, как ранее отметили мои коллеги по «Проверено», в таких случаях весьма вероятны манипуляции: число лайков и репостов не просто не растет вслед за числом просмотров, а иногда даже падает. В этом смысле проверить каждый пример из текста CivilNet сложно — почти все твиты уже удалены, ссылок на архивные копии коллеги не предоставили. В тех редких случаях, когда посты до сих пор доступны, гипотеза подтверждается — например, этот всего за три часа набрал 100 тыс. просмотров, 193 репоста и 573 лайка. За неполный час число просмотров почти не изменилось, а репостов и лайков сократилось до 179 и 570. Сейчас у твита их всего 11 и 88 соответственно. Комментариев нет и, судя по архивным копиям, не было вовсе. Впрочем, будет честным отметить, что у твитов, которые содержали другие фейки про Пашиняна и на которые обратили внимание, например, американские фактчекеры из LeadStories, статистика сопоставимая.

И тут я понял, в чем проблема.

Фигуры умолчания

Если вы откроете любой разбор «Проверено», вы увидите, что за заголовком и лидом в нем всегда следует раздел, выделенный курсивом и помещенный на желтый фон. На нем в одном-двух абзацах автор показывает, что история, которую он разбирает, действительно стала вирусной в русскоязычном сегменте интернета. Там приводятся ссылки на писавшие о ней СМИ и блоги, в последнем случае автор обычно должен указать число просмотров, которые набрала та или иная привлекшая его внимание публикация. Общая идея «текста на желтом», как мы называем его в редакции, — показать и даже доказать, что мы пишем о чем-то действительно вирусном и громком, о чем-то, что наверняка могли увидеть в интернете, в прессе или по телевизору если не наши читатели, то их родственники, коллеги и соседи.

Понятно, что список ссылок, которые попадут в этот раздел, авторы обычно приносят вместе с идеей текста, а редактор в первую очередь по ним судит, стоит ли готовить материал. Долгое время негласным порогом для получения зеленого света были хотя бы 500 тыс. просмотров в телеграме, в постах крупных и давно известных каналов с правдоподобным количеством реакций и комментариев — и то один коллега пару разу предлагал поднять планку до миллиона, чтобы не распылять ресурсы. В условиях ограничений на доступ в телеграме и на фоне появления Max, куда прокремлевские блогеры активно переманивают свою аудиторию, этот порог предсказуемо опустился, но мы по-прежнему стараемся держать его довольно высоким. И все равно продолжаем получать от читателей комментарии вроде «Где вы вообще это все берете? Ни разу не видел нигде фейки, про которые вы пишете».

Именно этого — числа просмотров у разбираемых или по крайней мере описываемых фейков — нет ни в упомянутом в самом начале материале «Вот так», ни в его пересказах в других СМИ, ни во многих других публикациях, в том числе, к моему глубокому сожалению, коллег из фактчекинговых медиа. Сообщение про 343 фейка об Армении, безусловно, звучит громко — но сколько живых людей их реально увидели, на скольких потенциальных избирателей они могли повлиять? Понятно, что какая-то доля просмотров всегда приходится на ботов, но ведь порядок цифр оценить можно вполне достоверно. А в этом случае складывается ощущение, что речь идет о суммарной аудитории максимум в десятки и, возможно, сотни тысяч, но никак не миллионы интернет-пользователей.

Такой подход можно наблюдать во многих других подобных заметках, основанных на исследованиях проекта «Блокировщик ботов». Его находки нередко публикует, например, The Insider — с начала года издание выпустило на своем сайте по меньшей мере 12 таких заметок про фейки об Эпштейне, украинских спортсменах на зимней Олимпиаде в Италии, выборах в Венгрии и т.д. Ни в одной из них не говорилось, сколько просмотров набрали фейки, обнаруженные «Блокировщиком ботов». В этом смысле аналогичные публикации в последние годы выпускали «Новая газета Европа», «Холод», «Верстка» и другие издания, в том числе иностранные.

Еще одно медиа, регулярно рассказывающее о находках «Блокировщика ботов» — это «Агентство». Раньше оно, как и коллеги, не сообщало об аудитории фейков, но позднее изменило эту практику. С начала года и до конца мая в телеграм-канале «Агентства» вышло уже шесть таких постов, и в подавляющем большинстве из них не просто приводилась статистика, но и отмечалось, что число просмотров, судя по всему, было накручено. Впрочем, в июне издание выпустило пост о фейках, обнаруженных «Блокировщиком ботов» и посвященных открытию чемпионата мира по футболу, но в этот раз ничего не сообщило об их потенциальной аудитории. 

Двойные матрешки

Заголовкам — или по меньшей мере текстам — на эту тему добавляет громкости и упоминание разных связанных с Кремлем сетей, запускающих и распространяющих фейки. Те, кто сколько-нибудь активно следит за новостями в независимых русскоязычных СМИ, наверняка слышали названия «Доппельгангер» (он же «Двойник») и «Матрешка». Со временем они стали сливаться в пересказах до степени смешения.

Первым появился «Доппельгангер», это название осенью 2022 года ему дал проект EUvsDisInfo. В рамках этой кампании, пишут исследователи, создавались сайты-клоны известных медиа из разных стран с измененным доменным именем, которые использовались для легализации фейков. Их появление на сайтах, напоминающих порталы реальных СМИ, были должны придать дезинформации убедительности. Позднее к работе «Доппельгангера» стали относить создание сайтов попросту не существующих в действительности медиа, распространение фейков через поддельные профили в соцсетях (об этом писал, например, Минфин США, объясняя введение санкций против близких к Кремлю медиаменеджеров), злоупотребление рекламными механизмами соцсетей и т. д.

Название «Матрешка» придумал, собственно, проект «Блокировщик ботов» в начале 2024 года. В своем блоге в X он описал сеть как «совершенно новую кампанию влияния, нацеленную на фактчекеров и уважаемые медиа со всего мира». Действующие в рамках «Матрешки» боты отправляли в редакции электронные письма или тэгали аккаунты изданий в соцсетях с просьбой проверить ту или иную дезинформацию, которую создали другие (или даже те же) боты, входящие в сеть. Отсюда ее второе название — «Операция “Перегрузка”» (Operation Overload). Впоследствии ее название также упоминали просто в контексте вброса и распространения фейков.

Но настолько ли эффективны эти кампании, как о них рассказывают в прессе? Еще в 2024 году об этом в статье для Foreign Affairs писал Томас Рид, профессор Университета Джонса Хопкинса. Он изучил статистику сайтов, входящих в сеть «Доппельгангер» и выявленных благодаря утечкам и отчетам спецслужб, — оказалось, что с ноября 2023-го по август 2024 года примерно 800 порталов-двойников суммарно набрали всего 700 тыс. просмотров. То есть на каждый такой сайт почти за год зашли в среднем около тысячи раз. Похожая картина и с постами в соцсетях. В вышедшей спустя два месяца подробной статье «Новой газеты Европа» рассказывается о «Доппельгангере» и «Матрешке» и приводятся скриншоты твитов с фейками — на многих статистика обрезана, а среди тех, где она видна, ни один из вбросов не набрал даже 3000 просмотров.

«Мой собственный анализ недавно утекших документов показывает, что, хотя они содержали не менее 24 375 ссылок на поддельные статьи Bild и 7111 ссылок на поддельные статьи Daily Mail, подавляющее большинство этих URL-адресов получили незначительный или нулевой отклик. <...> Широкое освещение “Двойника” в прессе, особенно в Германии и США, означает, что, вероятно, гораздо больше людей читали вторичные публикации о разоблачении, чем просматривали саму дезинформацию», — констатирует Рид.

Похожим образом дела обстоят с «Матрешкой». Представитель «Блокировщика ботов» в свое время обсуждал с «Проверено» свои наблюдения и гипотезу о том, что прокремлевские боты пытаются, предлагая фактчекерам проверить созданные той же сетью фейки, загрузить их ненужной работой. Мы отреагировали скептично. Сколько нужно времени, чтобы прочитать такое сообщение? Минута. Сколько нужно времени, чтобы перейти по ссылке, увидеть, что пост (не так важно, фейковый или нет), набрал всего несколько сотен или даже тысяч просмотров и поэтому вряд ли заслуживает большого внимания? Еще минута. Как таким образом можно радикально отвлечь профессиональную редакцию от ее работы? Решительно непонятно. 

Тут важно оговориться, что «Проверено» подобных сообщений не получало — хотя у нас есть не только форма обратной связи на сайте, но и телеграм-бот, через которые читатели регулярно присылают идеи для будущих разборов. Почему «Матрешка» в этой своей работе нас игнорировала — непонятно. Возможно, потому что целилась в иностранцев, а нас таковыми не считала. Возможно, потому что видела в «текстах на желтом», насколько популярным должен быть пост, чтобы он привлек наше внимание, — и становилось понятно, что их ресурсов не хватит, чтобы достичь органически вирусных охватов. Впрочем, некоторые наши коллеги не просто подобные письма получали, но и выпускали по их мотивам большие тексты, в которых рассказывали, как прокремлевские боты мешают им работать.

Смещенный фокус

В сфере освещения дезинформационных кампаний, развернутых в последние несколько лет, в медиасреде — как независимой русскоязычной, так и иностранной — картина сложилась удручающая. Да, близкие к Кремлю структуры создают как никогда много фейков. Да, для их легализации постоянно используются сайты-клоны, а для распространения — боты в X и крошечные телеграм-каналы, которые, судя по опыту «Проверено», нужны в первую очередь именно для этого. Да, создана разветвленная, гибкая, адаптируемая под разные аудитории и под разные задачи система дезинформации, а развитие искусственного интеллекта делает производство подобного контента все легче. Но в медиа эта тема освещается очень странно.

С одной стороны, многие коллеги за тремя соснами не видят леса. В общих словах рассказывая о десятках и даже сотнях фейков, они нередко умалчивают: весьма вероятно (а иногда наверняка известно), что до сколько-нибудь существенной реальной аудитории они, в отличие от публикаций крупных авторитетных СМИ, не дошли и не дойдут. При этом отдельные и доказанно вирусные сюжеты игнорируются. Например, сколько изданий рассказали о фейке про украинских детей, которых якобы заставили сдавать кровь для раненых шведских наемников, убитых в ходе удара российской армии по Полтаве в сентябре 2024 года? Хотя пост Mash на эту тему набрал больше 1,2 млн просмотров, а Владимир Соловьев рассказывал об этом по телевидению. А про фейк 2025 года о том, что Зеленский якобы купил своей матери элитную квартиру в Дубае? Об этом писали крупнейшие российские телеграм-каналы и подцензурные медиа — от Lenta.ru до «Московского комсомольца». И таких примеров в архиве «Проверено» можно найти десятки, если не сотни. 

Безусловно справедливым будет возражение, что это мы, профильное фактчекинговое медиа, недорабатываем — тот же «Блокировщик ботов», судя по публикациям со ссылкой на этот проект, сам приходит к журналистам крупных независимых медиа и предлагает пересказать свои исследования. А мы столь же эффективно работающую сеть контактов не выстроили.

Но это на самом деле не главная проблема. Складывается впечатление, что создатели прокремлевских фейков и пишущие о них медиа, не специализирующиеся на дезинформации, сами того не подозревая, создали порочный круг. Первые получают заказ на придумывание и распространение выдуманных новостей и запускают их в соцсетях, не сильно беспокоясь о результатах своей работы свыше численных KPI. Если какой-то фейк завирусится — хорошо, не завирусится — статистику в отчетах всегда можно подделать. Затем заметки о десятках фейков выпускают крупные издания, которые в том числе выполняют уже свои KPI по охватам и монетизации. Фейкоделы приходят к заказчикам и отчитываются: смотрите, про нас уже пишут, выделите нам дополнительное финансирование. История повторяется, но на смену десяткам фейков приходят сотни, а вместо одной сети с громким названием появляется другая. В какой-то момент в игру включаются фонды и доноры, которые начинают выделять гранты целенаправленно на отчеты о «Матрешке», «Доппельгангере» и т. д. И таких витков на этой спирали может быть сколь угодно много.

Вот только людей — читателей, зрителей и слушателей — в этой схеме по большому счету нет. Точнее, в этой схеме они появляются в первую очередь благодаря публикациям крупных СМИ о дезинформационных кампаниях. А так быть не должно.