Россия должна все делать сама, тогда и цены снизятся

Необычное исследование, первое такого рода в России, провел Центробанк. Для контроля над инфляцией ему важно управлять инфляционными ожиданиями — тем, что люди думают про будущий рост цен, или хотя бы понимать, как они формируются. Для этого хорошо бы знать, что они думают на самом деле: как они воспринимают инфляцию, на какие экономические ценности они при этом опираются и учитывают ли их при принятии решений. Чтобы разобраться в этом, авторы исследования провели 52 глубинных интервью и узнали много нового.

Чеки, а не цены

Например, как люди воспринимают инфляцию. Считается, что важную роль в этом играют так называемые товары-маркеры, за ценами которых люди следят и воспринимают их рост особенно чувствительно. К ним обычно относят продукты, бензин и автомобили, а в России также ЖКХ и лекарства.

Оказалось, что люди воспринимают инфляцию не столько через товары-маркеры, сколько через средний чек. Мы все регулярно ходим в магазины и чаще всего покупаем примерно один и тот же набор товаров. Мы знаем, сколько продуктов нужно семье на неделю, более-менее равномерно расходуем предметы гигиены и бытовой химии, принимаем одни и те же лекарства и т. д. Вот как изменился их чек — так люди и воспринимают инфляцию.

«Если раньше <…> на 1000 рублей можно было что-то купить <…> А сейчас на тысячу мы что покупаем? <…> Купить сметану, молоко и творог, булка, хлеб, ну, еще что-то. Там по минимуму это обходится в тысячу. Вот и мы смотрим, что мы на 1000 купили».

Доход здесь не так важен. В том же духе рассуждает человек, у которого чек втрое больше. 

«Грубо говоря, ты приходишь, у тебя есть в кармане там 2000 рублей, 3000. Ты покупаешь определенный набор продуктов. На следующий год этот набор продуктов <…> ты уже тратишь там не 3000, а 3500, 3700, 3800. Это не только мой опыт, это опыт многих людей, с которыми я общаюсь».

Товары-маркеры все же существуют, но просто поразительно, насколько они у всех разные. Это единственная категория, по которой в ходе исследования не происходило так называемого нарративного насыщения: даже последний, 52-й информант называл новые категории, на цены которых он обращает внимание. Авторы исследования выделяют только бензин «как особый индикатор ценового давления». Говоря о ценах, на которые они обращают внимание, респонденты упоминали как ожидаемые позиции — мясо, овощи, молоко, сигареты и курс рубля, так и неожиданные: авокадо, зимние шины, абонемент на фитнес, массаж, бутилированную воду, имбирь, глазированные сырки, черешню и «ноготочки». 

Такое разнообразие и ориентация на средний чек многое объясняют про восприятие инфляции. Большие различия в потреблении практически гарантируют, что и уровни личной инфляции будут сильно разниться — «среднее по больнице», которое сообщает Росстат, не понравится никому. Ощущаемая людьми инфляция может оказаться ближе к той, что получается у исследовательского холдинга «Ромир», который много лет собирает данные о покупках россиян. Он отобрал около 200 самых покупаемых товаров и составил свой индекс изменения цен. Его оценка инфляции по чекам дает самый большой результат в сравнении с другими методами.

Страх бедности

Инфляция для россиян — одна из главных проблем. В индексе страхов ВЦИОМ она входит в топ-3. По данным «Ромир» — в топ-3 проблем, беспокоящих россиян.

«Наверное, так же, как и большинство жителей нашей страны, я надеюсь, что рост цен замедлится. Понятно, что без роста вообще невозможно, потому что дорожает все, дорожают все сопутствующие этапы производства тех же продуктов. Но хотелось бы, чтобы этот рост замедлился, снизился, ну и входил в какие-то подъемные рамки».

Это понятные представления небогатых людей в стране с долгой историей высокой инфляции. В 1990-е инфляция измерялась сотнями и тысячами процентов, затем десятками. Лишь несколько лет, в 2016–2020 годах, она была стабильно низкой, в среднем 4% в год. Те, кто застали гиперинфляцию или долго жили в условиях быстрого роста цен, сильнее боятся инфляции: среди них и наблюдаемая, и ожидаемая инфляция выше (мы рассказывали, как финансовые травмы отпечатываются на людях и даже передаются следующим поколениям). К тому же менее обеспеченные люди острее чувствуют инфляцию, недаром ее называют налогом на бедных.

Как спастись от роста цен

Итак, цены быстро растут, планировать трудно, кризисы происходят регулярно, но как-то жить надо. Исследование выявило основные потребительские стратегии в кризисные моменты.

Истерические «покупка гречки и консервов пачками» — продуктов, которые можно хранить долго, — встречаются, но намного реже, чем мы привыкли думать. «Нет, я в целом не занимаюсь вот этим запасательством», — говорит один из респондентов. Те, кто все же поддавался панике, жалеют и обещают больше так не делать.

«Ну, я такая, да, в предыдущие моменты я брала, закупалась. И тушенку покупала, когда ажиотаж был, и масло растительное набирала впрок. Дети надо мной смеялись, поэтому я прекратила это делать, потому что, я понимаю, действительно это бесполезно».

Даже после санкций продукты из магазинов не пропали, и люди поняли: дефицита не будет.

«Вообще не покупаю. Впрок вообще ничего. Раньше... пять лет назад. Да, вот идешь в магазин, закупаешь. Сейчас как-то поняли, что все свободно, все есть. Пусть оно подороже, но оно есть».

К тому же после взлета на ажиотаже цены часто возвращаются к прежним уровням. 

«Обвалилась гречка, кстати, вот. Пожалуй. Другое дело, что она не вызвала у меня шока. Она доходила до 100 рублей. <…> А потом я прихожу и смотрю, она опять стоит около 40 или 50 рублей. Думаю, о чем кричали-то?»

Люди делают некоторый запас базовых продуктов — соль, сахар, спички, крупы, консервы, макароны, но, как правило, купленных по акции, отмечает ЦБ. Это обычная бытовая экономия: увидел скидку — купил.

Больше делать

Но что-то же можно сделать, чтобы цены росли не так быстро? Надо все производить самим — это главное убеждение людей про экономику. 

«Россия — самая богатая страна, в которой есть вся таблица Менделеева и очень умные люди. Нужно все производить внутри страны. Сильная экономика, которая полностью обеспечивает себя и не зависит от других». 

Образец — Китай. 

«Китай — самая лучшая экономика. У них очень хорошая промышленность на самом деле. Хотя у них, наверное, условия работы достаточно тяжелые... У нас, конечно, в России такого нет… Они производят все».

«Лучшие ролевые модели — это Китай (потому что сам все производит), СССР (то же самое, а еще там были фиксированные цены и высокое качество товаров) и Белоруссия (стабильная экономика, хорошие и доступные натуральные продукты)».

«Когда экономика растет, инфляция неизбежно снижается. Потому что заводы работают, товары производятся, ассортимент постоянно увеличивается. А когда предложение растет, цены падают». 

Это логично, но утопично: даже Китай не производит все. Да и то, что производит, не всегда нравится россиянам, например автомобили. На самом деле, торговать гораздо выгоднее, чем пытаться делать все самим. Можно по соображениям национальной безопасности или каким-то политическим причинам развивать определенные производства или отрасли у себя дома, но невозможно делать все и сразу. Но рецепт подкупает кажущейся простотой и привлекательностью, это популярная по всему миру идея. Обещания вернуть в США производство и рабочие места, а с ними и величие, стали важным слагаемым победы Дональда Трампа, хотя современная экономика — это во многом экономика услуг.

Для того чтобы инфляции не было, нужно сделать экономику более конкурентной, рассуждает один из респондентов.

«Наша экономика конкурентна в сфере услуг внутри, но крайне неконкурентна на глобальных рынках». Он предлагает вернуть глобальные компании: они создают конкуренцию, позволяют снижать цены и повышать качество, «это такая длинная история». Следующий шаг — максимально локализовать производство: «Когда все произведено там, здесь мы только собираем, это не снизит цены. Мы должны максимально возможное количество товаров производить внутри страны». 

Больше строить

В этой логике люди отдельно выделяют строительство. Чувствуется, что наболело: недоступность жилья — одна из главных проблем во всем мире, и Россия не исключение. Если много строить, то будет дешевле и доступней. 

«Очень важно иметь как можно больше стройки. Так будут и новые производства, и новое жилье. Все это будет улучшать качество жизни простых людей».

Возможность купить квартиру — один из важнейших сигналов о хорошем времени в экономике. В ответ на вопрос, какое время в экономике России было самым благоприятным, доминирует нарратив «когда я купил квартиру-машину», отмечают авторы исследования. Они относят квартиры к товарам-маркерам.

«Цена на квартиру меня тоже очень интересует, поскольку у меня, как я уже сказал, двое детей, да, и старший подрастает, и, возможно, в будущем мне придется принять решение купить какую-то отдельную квартиру. В общем, цены я мониторю».

С ценами на квартиры тоже не все так просто, как кажется. Застройщики, как и все, страдают от инфляции: дорожают стройматериалы, растут зарплаты и пр. Когда после отмены льготной ипотеки спрос упал, они снизили не цены, а запуски новых проектов и сдачу строившихся. Они не могут себе позволить снизить цены. К тому же снижение цен приведет к росту «инвестиционных» покупок, когда квартира приобретается не для проживания, а для вложения денег, например, чтобы сдавать ее в аренду. Примерно как льготная ипотека, призванная дать возможность строителям больше строить, а людям купить квартиру только разогнала цены.

Как сдержать рост цен

Но люди хотят низкую инфляцию, и еще один способ ограничить рост цен — сделать это в буквальном смысле. 

«Нужно производство. Должен быть и контроль за ценами».

«А все (будущая инфляция) будет зависеть от того, будет государство регулировать цены или нет?».

Авторы исследования обобщают это так: «Единственный эффективный способ остановить рост цен — это административно регулировать их. Хотя бы на самые базовые продукты питания, одежду, лекарства, товары для детей».

Это, конечно, не выход: в рыночной экономике именно цены балансируют спрос и предложение, и их регулирование цен обходится еще дороже. Либо в буквальном смысле — Минфин каждый год платит нефтяным компаниям около триллиона рублей, а то и больше за то, чтобы цены на бензин не были слишком высокими. Либо в переносном: регулирование цен — прямая дорога к дефициту и черному рынку. В Советском союзе, который сейчас многим видится примером для подражания, так и было.

Но людям кажется, что дело не в этом, а в том, что жадные бизнесмены хотят нажиться на них. Респондент, который рассуждал про ошибочность льготной ипотеки, закончил свою мысль так: «И тем самым разогнали спрос, разогнали алчность застройщиков, что вылилось в цены». Другая подкрепляющая концепция, продолжают авторы исследования: «В основе инфляции чаще всего лежит жадность бизнеса. Наценки, желание нагреть руки за счет простых людей. За это нужно жестко наказывать, штрафовать за повышение цен выше экономически обоснованного уровня».

Люди так говорят, потому что им не хватает денег. Еще одно обобщение собранных ответов в формулировке ЦБ: «Зарплаты у людей растут гораздо меньше, чем инфляция. В итоге на свои доходы можешь купить себе гораздо меньше. Нужно регулировать рост цен, чтобы он ни в коем случае не превышал темпы роста доходов»