Зачем Владимир Путин подписал «Рухнаму»

В начале ноября президент Владимир Путин подписал указ «Об утверждении основ государственной политики по сохранению и укреплению традиционных российских духовно-нравственных ценностей», который уже успели назвать «указом о скрепах». В документе говорится, какими должны быть духовные и моральные качества правильного, с точки зрения власти, россиянина. Власть вторгается во внутренний мир человека, хочет стать нравственным арбитром и примерить на себя роль религиозной организации. 

С точки зрения заявленных целей (установить и защитить национальные ценности) этот указ — утопия. Духовные ценности не закрепляют указами. Однако диктаторы всегда это игнорировали и пытались кроить народ под свои потребности. Практически у всех получалось плохо. 

«Основы госполитики» российского президента — нечто среднее между подходом тоталитарной секты и фантазиями советских функционеров. Зачем это нужно российской власти? Либо она уверовала в свою божественную миссию, либо у нее почти не осталось более рациональных способов объяснять и оправдывать свои действия.

На что это похоже

На моральный кодекс строителя коммунизма. Исследователи утвержденных Путиным основ по сохранению и укреплению духовно-нравственных ценностей еще на стадии проекта документа заметили, что перечисленные в нем человеческие ценности уже декларировались полвека назад в СССР — в моральном кодексе строителя коммунизма. Как ни странно, документ имел религиозный оттенок. Путин называл кодекс «примитивной выдержкой» из Библии. Один из авторов кодекса, Федор Бурлацкий, рассказывал, что при создании документа использовал заповеди Моисея и Христа и что «это был сознательный акт включения в коммунистическую идеологию религиозных элементов». Это объяснимо: когда власть хочет заняться моралью и духовностью, она примеряет на себя роль церкви.

На тоталитарную секту. Картина мира и подход, изложенный в основах российской госполитики по сохранению и укреплению традиционных ценностей, напоминают те, что используют для привлечения и порабощения своих последователей тоталитарные религиозные секты.

Утвержденный Путиным документ рассказывает, что мир оказался «в условиях глобального цивилизационного и ценностного кризиса, ведущего к утрате человечеством традиционных духовно-нравственных ориентиров и моральных принципов». По такому случаю власть должна сформировать «на международной арене образ Российского государства как защитника и хранителя традиционных общечеловеческих духовно-нравственных ценностей». Православный исследователь сект Александр Дворкин еще в начале 2000-х цитировал своих немецких коллег: один из характерных признаков тоталитарной секты — это утверждение, что «мир катится к катастрофе, и только группа знает, как можно его спасти. <...> Остальное человечество тяжело больно и глубоко потеряно: ведь оно не сотрудничает с группой или не позволяет ей себя спасать».

В основах госполитики российские духовно-нравственные ценности противопоставлены чуждым антиценностям, которые насаждают враги. Враги, судя по путинскому документу, — это экстремистские и террористические организации, отдельные средства массовой информации, США и другие недружественные страны, транснациональные корпорации и иностранные некоммерческие организации, а также «деятельность некоторых организаций и лиц на территории России». «Сектантское мышление является способом биполярного видения мира: черное и белое, спасенное и осужденное, добро и зло. В сектантском мире нет места для полутонов. Лица и движения с таким типом мышления автоматически воспринимают себя в белой, спасенной, доброй категории. Они ищут козлов отпущения для объяснения собственных сложностей и проблем общества», — отмечал Дворкин.

Другие признаки тоталитарной секты тоже хорошо ложатся на нынешнюю российскую реальность. «Члены беззаветно преданно служат лидеру группы и не подвергают сомнению ни одно его слово или действие. Решения относительно того, как члены должны мыслить, действовать или чувствовать, принимаются руководством группы <...>. Вопросы, сомнения и недовольство искореняются или даже наказываются», — перечисляли канадские исследователи из некоммерческой организации Info-Cult. Энциклопедия «Терра» добавляла к признакам тоталитарной секты «навязчивую пропаганду» и «обман рядовых членов путём умолчания, сокрытия и цензурирования информации».

На справку идеологического управления КГБ. Основы российской госполитики по защите традиционных ценностей утверждают, что «идеологическое и психологическое воздействие на граждан ведет к насаждению чуждой российскому народу и разрушительной для российского общества системы идей и ценностей… включая культивирование эгоизма, вседозволенности, безнравственности…» Известно, кто в окружении Путина считает, что эгоизм в российском обществе насаждает Запад. «Несвойственные нашему российскому обществу и доминирующие в зарубежной культуре ценности мы, как правило, обозначаем понятием „западные ценности“... В социальной сфере неолиберализм насаждает индивидуализм, эгоизм, культ наслаждения, безудержного потребления, абсолютизирует свободу любого самовыражения», — вещал пару лет назад бывший председатель ФСБ, а ныне секретарь Совета безопасности Николай Патрушев. 

«Важные истории» уже сравнивали заявления Патрушева с аналитической справкой начальника пятого (идеологического) управления КГБ СССР от 1976 года: «Одним из основных направлений подрывной империалистической пропаганды <...> становится в последние годы всемерное культивирование индивидуалистических инстинктов обывателя — эгоизма, корыстолюбия, карьеризма… Этим же объясняется усиление пропаганды секса» (КГБ считал, что Запад продвигает сексуальную революцию для развала СССР).

На туркменскую «Рухнаму». На постсоветском пространстве уже был один лидер, который хотел лично установить свод народных традиций, ценностей и принципов воспитания — «уважай старших», «люби младших», «наряжай девушек». Первый президент Туркменистана Сапармурат Ниязов написал «Рухнаму» («Книгу души»), в которой определил ценности туркменского народа. Традиционные качества, согласно книге, сводились к «вдохновению» и «цельности», перечислялись и ценности, такие же, как в основах госполитики Путина, — трудолюбие, дружба, братство и т. д. Проблемами мира тоже назывались эгоизм и меркантилизм. Книга стала обязательной для изучения в местных школах и вузах, на ней клялись, ее экземпляр отправили в космос, в «Рухнаму» переименовали месяц сентябрь, а суббота была переименована в «рухгюн» — день, когда граждане должны были уделять время изучению «Рухнамы». Причем книга пережила автора: сегодняшний президент продолжает наряжать девушек по собственному вкусу, регулируя прически, длину ногтей и ресниц, не говоря о юбках.

К чему это может привести

Утвержденные Путиным основы госполитики по сохранению нравственности вряд ли отправят в космос. Но то, что к защите духовности и традиций власть хочет активнее привлекать спецслужбы и правоохранителей, прямо сказано в документе: в реализации политики «участвуют федеральные органы исполнительной власти, ведающие вопросами обороны, безопасности государства, внутренних дел, общественной безопасности», предписано совершенствовать «деятельность правоохранительных органов по профилактике и пресечению противоправных действий, направленных на распространение деструктивной идеологии».

Это шаг в направлении, которое хорошо развито у исламских режимов. В Саудовской Аравии есть «комитет по поощрению добродетели и удержанию от порока» — правительственная структура, содействующая исполнению законов шариата и управляющая шариатской гвардией. Эта религиозная полиция контролирует поведение людей в королевстве — что они едят, как одеваются, что пишут в соцсетях, правильно ли общаются друг с другом, не слишком ли часто пересекаются мужчины и женщины, не состоящие в родстве и браке. В Иране духовность охраняет «назидательный патруль» — недавно в стране прошли массовые протесты, после того как встреча с патрулем закончилась смертью для девушки, неправильно носившей хиджаб. В Афганистане у талибов есть «министерство по распространению добродетели», оно тоже следит за сохранением традиций, вплоть до того что надзиратели за духовностью могут избивать людей палками прямо на улице.

Для чего Владимир Путин подписал свой аналог «Рухнамы»? Российская власть теряет возможности объяснять и оправдывать свои действия с позиций разума. И, видимо, делает все меньше ставок на рациональные объяснения как таковые.

Об этом свидетельствует сам факт того, что «традиционные духовно-нравственные ценности» (они обсуждались годами) были утверждены именно сейчас. Хотя после военного вторжения России в Украину абсурдно констатировать на высшем государственном уровне ценность жизни, гуманизма и милосердия с учетом многих тысяч убитых мирных жителей и сотни тысяч запланированных потерь среди отправленных воевать соотечественников. Какие уж тут ценности «прав и свобод человека» при тюремном сроке за упоминание войны и посаженых оппозиционерах. И где «приоритет духовного над материальным» у российских чиновников с их личными дворцами за миллиарды рублей?

Выходя за пределы рационального, власть, скорее всего, ищет способ избавиться от критики и неудобных требований, уповая, что в нее будут просто верить. В итоге может оказаться, что всякая критика режима, его чиновников и лично президента, любая оппозиционная деятельность и неугодное самовыражение будут упрощенно обозначены государством как бездуховность, отклонение от «традиционных ценностей», вседозволенность, эгоизм и распространение идей, чуждых российскому народу. «Основы государственной политики» предупреждают, что «деструктивная идеология» — это в том числе «подрыв доверия к институтам государства» и «формирование негативного отношения к… государственной службе в целом».

Однако все эти меры по укреплению основ (а на самом деле, по удержанию власти) вряд ли помогут. Моральный кодекс не спас Советский Союз. После смерти туркменбаши Ниязова его позолоченные памятники стали снимать с постаментов. В Иране действия назидательных патрулей становятся поводом для массовых протестов. И даже в Саудовской Аравии шариатскую полицию нравов ограничили в полномочиях.