Власти России закрывают абитуриентам доступ ко многим специальностям в вузах. Под ограничения попали как лингвисты и юристы, так и нефтяники с инженерами
Разбираемся, где здесь логика
Правительство России утвердило правила, по которым будут устанавливать предельное количество платных мест в вузах, а также перечень специальностей, для которых вводят такие ограничения. Документы опубликованы на официальном портале правовой информации.
С 1 сентября 2026 года лимиты на платный прием начнут действовать для 28 специальностей бакалавриата и 12 — специалитета.
В перечень в основном вошли гуманитарные науки. Особо из общего ряда выделяются нефтегазовое дело, конструкторско-технологическое обеспечение машиностроительных производств, жилищное хозяйство и коммунальная инфраструктура, пожарная безопасность и другие востребованные в нынешней экономической ситуации специальности.
Этот список чрезвычайно широк и не имеет очевидной логики, говорит «Важным историям» исследователь российской системы образования, попросивший об анонимности. По его мнению, перечень могли составлять исходя из того, как много студентов-платников отчисляются с этих направлений.
«Там, где отчисления высоки, власти, видимо, и решили ограничить набор, поскольку это, наверное, вызывает опасения за судьбу ребят, которые не смогли доучиться и при этом потратили деньги», — отмечает он.
Эксперт считает, что политика выглядит «очень избирательной» и «ручной»: она не учитывает ни различий между регионами, ни реальных потребностей в специалистах. При этом в перечень включили широкий набор программ, тогда как многие смежные направления туда не попали, что делает принципы отбора еще менее понятными.
Другой анонимный эксперт по высшему образованию, с которым поговорили «Важные истории», связывает сокращение платных мест с потребностями рынка труда: власти могли ориентироваться, как трудоустраиваются выпускники этих специальностей, насколько высока их занятость.
Эксперт отмечает, что на решение могли повлиять и технологические изменения: в ряде отраслей рабочие процессы автоматизируются, и некоторые специальности теряют актуальность.
По его словам, критерии отбора всё равно остаются неясными.
«Естественно, решения принимаются с учетом экспертного мнения отраслевиков, но это непрозрачная процедура, особенно в тех случаях, когда речь идет о "чувствительных" отраслях», — говорит эксперт.
С тем, что у перечня нет единой логики, соглашается кандидат исторических наук и профессор Карлова университета Дмитрий Дубровский. Он отмечает, что туда включали как те направления, по которым специалистов якобы слишком много (например, юристы или лингвисты), так и те, по которым их мало и для которых сейчас нет рабочих мест.
«Довольно странная сама идея, что вуз производит работника под текущую структуру рынка. То, что они структурируют сейчас, через пять лет уже устареет. Не говоря уже о том, что сама идея, будто человек должен окончить вуз и пойти работать строго по своей специальности — это прямо такая советская плановая экономика», — подчеркивает эксперт.
Новые ограничения — механизм давления на университеты, считает Дубровский. Вузы и так сильно зависимы от государства, а платные программы были источником дохода, которым они могли распоряжаться сами. Теперь их урежут, и контроль государства усилится.
Дубровский не исключает, что власти просто хотят управлять численностью специалистов и контролировать доступ к отдельным профессиям. По его мнению, в процессе отбора могут быть замешаны и лоббисты, которые не хотят, чтобы кто-то, кроме них, выпускал определенных специалистов.